Перед таким выбором поставлена страна

Отставка пугала

Призрак бродит по Беларуси — призрак НЭПа, новой экономической политики. Впрочем, уже и не бродит, а в нынешнем году довольно быстро движется. И туманной черной панне Несвижского замка он уже не подобен, а приобретает вполне реальные очертания.

Вот и Александр Лукашенко подписал Декрет № 7, вносящий изменения и дополнения в Декрет № 3 от 20 марта 1998 года «О разгосударствлении и приватизации государственной собственности в Республике Беларусь». Новый законодательный акт предусматривает поэтапную отмену моратория на движение акций открытых акционерных обществ (ОАО), приобретенных в ходе льготной приватизации 90-х годов. Процесс начнется с 1 июня, а завершить его планируется до 2011 года. Вне всякого сомнения, это еще один сигнал для инвесторов, прежде всего, иностранных: приходите, покупайте, вкладывайте, владейте…

А ведь еще совсем недавно наша страна была знаменита в деловом мире тем, что как черт ладана чуралась зарубежных инвестиций. «Мы абсолютно не против, чтобы к нам приезжали и открывали предприятия, — рассказывал Александр Лукашенко украинским журналистам. — Но не сказать, чтобы мы так уж активно тащили сюда всякие инвестиции».

На самом же деле старались не тащить никаких. Наоборот, активно отгоняли. Особенно результативно роль пугала играла «золотая акция», позволявшая государству напрямую вмешиваться в дела приватизированных предприятий и руководить ими по собственному разумению. Благо, российские дотации отечественной экономике росли, достигая 8 миллиардов долларов в год, и можно было не особенно оглядываться на общепринятые представления о том, что такое хорошо и что такое плохо. Средств хватало, чтобы поддерживать на плаву нежизнеспособные предприятия и целые отрасли, предпочитая экономической эффективности поголовную занятость. У действующей власти и большинства электората сложились клиентельные отношения по незамысловатому принципу: мы вам — на чарку и шкварку, вы нам не мешаете править и дальше. Злые языки в экспертном сообществе именовали такую модель «государством-рантье». А то и похлеще термины подбирали – из класса кровососущих насекомых.

Но чужие благодеяния вечными не бывают. Перевод российско-белорусских отношений на рыночную основу еще только начался, а у нашей страны уже не хватает собственных средств. Построенные в советские времена предприятия требуют обновления. Однако если в 2006 году инвестиционный рост в Беларуси составил 31,4 процента, то в прошлом — лишь 14,7. Приходится все глубже залезать в долги.

За минувший год они в совокупности увеличились у предприятий, банков и государства сразу на 5,9 миллиарда долларов (в 1,9 раза) до рекордных 12,7 миллиарда «зеленых». Такого роста внешнего долга у Беларуси не было никогда.

При этом предприятия и организации выплатили своим кредиторам 676 миллионов долларов в виде процентов, дивидендов и прочих платежей, что почти вдвое больше, чем за предыдущий год. По оценкам экспертов, в текущем году эта сумма превысит 1 миллиард долларов, что, скажем, заметно больше за 625 миллионов, которые страна ежегодно получает от «Газпрома» за пакет акций «Белтрансгаза».

Но главное бремя — платежи по основному долгу. Если в 2004 году они составляли 1,7 миллиарда долларов, то в прошлом — 3,7 миллиарда, а в нынешнем могут достичь 4-4,5 миллиарда долларов. Вместе с кредитными процентами сумма по возврату и обслуживанию внешнего долга в текущем году может зашкалить под 6 миллиардов «зеленых». Это больше того энергетического гранта, который наша страна все еще получает от России. Перспектива возникает невеселая: либо рассчитываться с кредиторами наиболее лакомыми кусками национальной собственности, либо продолжать наращивать внешние заимствования, даже несмотря на их высокую стоимость для Беларуси на мировом финансовом рынке. Коммерческие банки, к примеру, пока так и поступают. В январе-феврале они взяли в долг еще полмиллиарда долларов.

Выход из этой ситуации один: привлечение прямых иностранных инвестиций в белорусскую экономику. Тех самых, которых так долго от нее отпугивали. Этот вид финансовых вливаний не требует долгового возврата и обслуживания. К тому же, он способен принести вместе с деньгами еще и прогрессивные технологии. Время пока есть. Отношение совокупного внешнего долга страны к объему валового внутреннего продукта в прошлом году достигло 28,5 процента. По международным стандартам, опасной зоной считается планка внешнего долга в 50-60 процентов от ВВП. Но если долги у нас будут расти такими темпами, как сейчас, то запретный порог мы одолеем за какие-нибудь два-три года. Это и заставляет власть поторапливаться. Тем более, что доля прямых иностранных инвестиций в общем инвестиционном объеме страны пока мизерна — всего 2,6 процента, или 7 процентов от ВВП. Соседи далеко ушли вперед. В Украине доля таких инвестиций в ВВП втрое больше, а в Польше — вчетверо. Приходится догонять, чтобы сохранить конкурентоспособность производства.

От государства-рантье к государству развития

Теоретики уже назвали этот процесс переходом от государства-рантье к государству развития. В марте пала «золотая акция». За последние месяцы были приняты и другие законодательные акты, направленные на либерализацию экономических отношений. Здесь особо выделяются Декреты об упрощении регистрации субъектов хозяйствования и о предоставлении льгот бизнесу в малых городах и на селе, Указы о льготном статусе добросовестного участника внешнеэкономической деятельности и о гарантиях инвесторам свободных экономических зон, а также придорожного сервиса. Поэтапная отмена моратория на движение акций — мера из этого же ряда.

Элементы новой, более либеральной экономической политики, вероятно, будут возникать и далее. Дефицит средств — не тетка. Власть вынуждена пускать под нож дорогих ее сердцу священных коров и все же пытаться вести народ вслед за цивилизованным миром. Пока очень осторожно и только в экономике.

Главный вопрос: будут ли реформы системными, комплексными, меняющими нынешний затратный хозяйственный механизм на современный, эффективный? Если говорить о последствиях Декрета № 7, то деловой мир страны, владельцев акций и потенциальных инвесторов очень интересует, возникнет ли, наконец, у нас полноценный фондовый рынок? Он крайне необходим. Чтобы определять рыночную стоимость предприятий. Чтобы люди могли продать, если понадобится, свою собственность в виде акций за реальную цену, а не за бутылку водки, как это бывало у соседей, да и у нас тоже. Чтобы инвестиции копились в ценных бумагах конкретных предприятий, а не только в банках, как это происходит ныне, рискуя пострадать от любой серьезной проблемы банковской системы.

Официальные лица полны оптимизма. «Сейчас все барьеры, препятствующие развитию рынка ценных бумаг в стране, полностью сняты, — заявил информационному агентству ПРАЙМ-ТАСС директор Департамента по ценным бумагам Министерства финансов Александр Гальперин. — Соответственно, появляются условия для того, чтобы ценные бумаги активно обращались как на биржевом, так и на внебиржевом рынке. А это, в свою очередь, позволяет рассчитывать рыночные цены акций, а также рыночную капитализацию компаний, отраслей, секторов и т.д.».

Фонтанируют радужными прогнозами и некоторые эксперты. «Это уже не просто прорыв, как это было в случае с отменой «золотой акции». В данном случае, речь идет о гораздо более важном и серьезном шаге, пусть он даже и носит поэтапный характер. В любом случае можно ожидать переключения внимания инвесторов с России, Украины, Казахстана и других развивающихся рынков на Беларусь», — отметил в интервью все тому же агентству директор аналитической компании Frontier Markets Research Георгий Еремин.

Но лично я пока не склонен греметь в победные литавры. Несомненно, Декрет № 7 — заметный шаг к созданию фондового рынка, без которого невозможна полноценная рыночная экономика. Но шаг все еще с оглядкой. В первую очередь обращаться начнут ценные бумаги не самых успешных и эффективных предприятий. МАЗ, МТЗ, «Беларускалий» и другую экономическую элиту государство акционировать не торопится. Поэтому можно согласиться с кандидатом экономических наук Александром Чубриком, который считает, что «такая либерализация рассчитана на специфических инвесторов. И такие инвесторы найдутся — инвесторы, которых устроит минимальная открытость рынка, минимальные гарантии собственности и так называемая «социальная ответственность» при условии ограниченной или отсутствующей конкуренции. Что касается привлечения более серьезных игроков, то это потребует радикального пересмотра экономической политики, то есть реформы в собственном смысле».

Прежде всего, серьезных игроков по-прежнему отпугивает большая налоговая нагрузка. Белорусское государство концентрирует в бюджете половину валового внутреннего продукта. В России эта концентрация на 10 процентов меньше, в Литве — на 17. Естественно, вкладывать средства выгоднее в наших соседей. Как правило, потенциальному инвестору у нас изначально определяются жесткие рамки, в которых он может работать. В первую очередь речь идет об условиях покупки того или иного пакета акций. Помимо этого, правительство и местные власти обычно навешивают на владельца капитала дополнительные обязательства по строительству или благоустройству социальной инфраструктуры, поддержанию в рабочем состоянии коммуникаций и т.д. Часто меняются нормы хозяйствования. Всяких корректировок прежних указов, постановлений, инструкций принимается до 600 в год.

Поэтому многих сейчас, как героя известного кинофильма, терзают смутные сомненья: а вдруг и Декрет № 7 тоже откорректирует тот, кто его подписал? До 2011 года, когда должны быть отменены все ограничения на хождения акций приватизированных ОАО, ой как далеко. Десять раз можно поставить все с ног на голову, а потом еще и на уши. Впервой, что ли?

Но выбор у нас все тот же. Или назревшие реформы, которые чем дальше оттягивать, тем болезненнее и противоречивее будут. Или еще большее закручивание гаек. Пока их не сорвет вместе с резьбой.

Николай ТОЛСТИК,

обозреватель «Товарища»