Выборы в Беларуси как известно из Конституции и статей Избирательного Кодекса должны проводиться открыт и гласно.

Формирование состава окружных комиссий совместными решениями исполкомов и Президиумов областных Советов в этом плане было первым пробным шаром, по траектории полета которого можно судить о целях и задачах, преследуемых властями в предстоящей политической кампании. А еще потому как воспринято на местах заявление Президента о необходимости провести выборы так, чтобы не то что Запад, комар носа не подточил.

В Витебске мне удалось увидеть собственными глазами и почувствовать атмосферу этой открытости и глассности.

            Прибыв к зданию облисполкома и облсовета до начала рабочего дня в понедельник 14 июля вместе с лидером оршанских правозащитников Василием Бересневым, я убедился: о предстоящем этапе важного политического события в предвыборной жизни не осведомлены главные действующие лица - постовые работники милиции. Грудью став на защиту власти от докучливых посетителей, они твердили одно: списка на право посещения облисполкома им не передавали, и, стало быть, мероприятия как таковое, если судить по этому главному для милицейских работников разведпризнаку, оно, вроде как и не планировалось.

От другого , более осведомленного чиновника удалось узнать, что заседания перенесены на 16.00. Узнать что либо более подробно о причинах переноса не удалось. Попытка заранее внести себя в списки на право участия в работе заседания увенчалась относительным успехом только после предъявления дежурным работникам милиции удостоверения журналиста.

Силы этого документа хватило лишь на то, что бы работник милиции уяснил, что собственно и требуется в его должности: он позвонил в идеологическое управление. Так моим собеседником на другом конце провода оказался заместитель начальника управления П. Гнутенко. Из беседы с ним удалось узнать только т о, что порядочные издания аккредитуют своих журналистов заранее.

Мои попытка уточнить порядок аккредитации закончились тем, что телефонная беседа прервалась. Пришлось , исключительно в учебных целях просить редакцию газеты "Товарищ" направить по факсу соответствующую просьбу на имя председателя облсовета и облисполкома. Полдня ушло на поиск сначала номера факса облисполкома, затем для того, чтобы убедиться, что второй равноправный субьект предвыборной кампании не имеет собственногй факсимильной связи. Затем долго и безрезультатно пришлось искать следы факсимильного документа. К тому времени у дежурных работников милиции появился список за подписью П. Гнутенко. В котором значилось, что проход в зал заседаний, где должно было проходить принятие важного решения, разрешён представителям двух областных газет, областного радио, областного телевидения и БЕЛТА.

Повторная беседа с этим идеологическим работником закончилась лишь тем, что он мне маловнятно разъяснял некое обязательное для всех требование закона. В конечном итоге суть беседы свелась к тому, что он доказывал мне право исполкома самостоятельно решать кого пускать, а кому отказать в аккредитации и совершенно не хотел понять мои доводы о том, что исполнительная власть не вправе самостоятельно, в одностороннем порядке и без согласия на то представительной власти ограничивать участие представителя прессы в совместном заседании.

Не удались мои попытки пройти на проводимое предвыборное заседание и в качестве законного представителя группы граждан, собравших сотню подписей за выдвижение в состав окружной комиссии гражданина Степана Белого.

Пришлось потребовать книги замечаний и предложений двух уважаемых органов власти и вписать свои предложения - требования об обеспечении выполнения гласности и открытости.

Позже стало известно, что представитель ПКБ Степан Белый, за котрого я переживал и даже собирал подписи, включён в состав окружкома по Сенненскому району. Стоило ли окружать процесс предвыборной кампании забором двухметровой высоты?

Николай Петрушенко,