Перед родителями из некоторых европейских стран такой вопрос даже не стоит: один шлепок ребенка им может стоить свободы. Европа стремится покончить с телесными наказаниями детей, а Беларусь только-только становится на этот путь.

Помню, учился в моем классе мальчик Толя. Он был двоечником и драчуном, за что родители наказывали его поркой. Видно, ему хорошо доставалось, потому что стоило учителю протянуть руку к его дневнику, разумеется, чтобы поставить туда очередную двойку или неуд, Толя менялся в лице, хватался за свой дневник и держал его мертвой хваткой. Он так сосредотачивался на этом деле, что не реагировал ни на какие угрозы и уговоры: только страх в глазах, что родители снова его побьют. Учителя сначала терялись: его поведение очень впечатляло. А когда они узнавали, в чем дело, из жалости исправляли двойку на тройку. Но учиться лучше Толя так и не стал, так до девятого класса и читал по слогам, зато психику своим воспитанием родители ему явно покалечили.

Многим из нас тоже есть о чем вспомнить из детства. Достаточно взять самых близких, семью. Или мама в сердцах огрела ремнем, или папа надавал тумаков, или бабушка воспитывала дубцом. Причем все это исключительно в благих целях, чтобы лучше уяснили жизненный урок, чтобы выросли людьми. Они и сейчас уверены, что только благодаря такому воспитанию мы вышли в люди.

Надо признать, что большинство современных пап и мам так же глубоко убеждены, что имеют полное право воспитывать своих детей ремнем. Ведь это сами дети доводят их до белого каления своим поведением. А если они считают позволительным так себя вести по отношению к родителям, значит, и родители могут ответить им адекватными мерами. И ничего страшного, переживут, от хорошей порки еще никто не умер. Это ведь не истязание, а наказание.

Бьют детей в любых семьях — в проблемных и в вполне благополучных. Как правило, людям свойственно переносить на свои семьи ту модель воспитания, которой придерживались родители: нас били, и мы бьем. Поэтому-то к рукоприкладству в отношении детей в нашем обществе относятся вполне терпимо, даже одобрительно. Какие могут быть воспитательные беседы, если ребенок совсем от рук отбился? Он все равно все пропустит мимо ушей и почувствует себя безнаказанным. Только ремень его научит уму-разуму…

Следы ремня

А между тем, психологи не устают твердить, что у большинства детей, которых бьют и сильно бранят, наблюдаются острые психические нарушения, отставания в развитии. Мы ведь не задумываемся над последствиями своего поведения, отругали — и забыли, а дети очень ранимы. Неосторожно сказанное слово может обернуться для них психологической травмой. Ее последствия на первый взгляд не видны, но она накладывает отпечаток на дальнейшее развитие его личности, проявляется в эмоциональных и поведенческих особенностях. Вспышки гнева, беспричинная агрессия или, наоборот, чрезмерная пассивность, беззащитность.

Заброшенные дети, например, стараясь привлечь к себе внимание, сами того не осознавая, стараются вести себя эксцентрично и дерзко. Давняя психотравма может привести ребенка к алкогольной и наркотической зависимости. Это состояние еще называют «неспособностью к процветанию». Такие же последствия наблюдаются и у детей, лишенных внимания и родительской любви. Например, у детей родителей-алкоголиков.

Некоторые ребята на насилие реагируют психосоматическими заболеваниями: ожирением или потерей веса. В ответ на психическое насилие (оскорбления, пренебрежительное отношение) могут развиться аллергия, кожные сыпи, язвы желудка. Нередко возникают тики, заикание, энурез.

Между прочим, даже если самого ребенка в семье холят и лелеют, но он постоянно становится свидетелем драк и безобразных разборок между родителями, это тоже накладывает отпечаток на его психику и всплывает в дальнейшей жизни. Такие дети больше других подвержены депрессиям, у них могут быть проблемы со школьной успеваемостью, они подвержены риску пристраститься к наркотикам и алкоголю, совершить преступление.

Первый шаг

Проблему насилия над детьми и женщинами хорошо обсуждать на сытый желудок, когда других проблем нет, жизнь устоялась. Наверное, поэтому в европейских странах она на слуху уже не первое десятилетие. Совет Европы призывает всех своих членов запретить у себя в странах телесные наказания детей. Но даже в демократичной и политкорректной Европе далеко не все гладко, к такому шагу готовы далеко не все. Швеция, Австрия, Дания, Финляндия, Германия, Норвегия, Испания и Исландия уже ввели запреты. Но изменить менталитет людей гораздо сложнее, чем принять закон. А там живут такие же родители, как и у нас, которые по традиции привыкли решать все проблемные ситуации с детьми ремнем.

Взять ту же Англию. Порка детей там была распространена испокон веков. Но в конце 19 века ее запретили, оставив родителям право лишь шлепать детей в воспитательных целях. Как ни противились англичане, но пришлось им с этим смириться, и постепенно эта жестокая традиция ушла в прошлое.

Пару лет назад права родителей на телесные наказания ограничили еще больше: запретили шлепки, которые оставляют следы на коже — царапины, синяки, ссадины. И это при том, что в той же Швеции абсолютно все телесные наказания детей под запретом уже более 30 лет. Но в Англии этот закон не прошел, 60 процентов населения высказались против.

Белорусы в этом с англичанами солидарны. Для большей части нашего общества эта проблема не актуальна, да и вообще не понятна. Считается, что у нас есть проблемы и поважней. Если даже у англичан запрет на наказание детей не прошел, то у нас он точно будет встречен в штыки: мой ребенок — как хочу, так и воспитываю.

За один день традиции не изменить, родителей не перевоспитать, систему защиты детей не наладить. Очевидно, что пройдет еще не одно десятилетие, прежде чем мы станем смотреть на насилие глазами теперешних европейцев. Когда не будем спокойно проходить мимо бабушки, которая прямо на улице лупит свою внучку веткой, а сообщение в милицию о том, что за стеной орет-надрывается соседский ребенок, для нас не будет равносильно стукачеству.

Но чтобы хоть как-то сдвинуться с мертвой точки, власть уже пытается привлечь внимание общества к этой проблеме. Время от времени этот вопрос поднимается в прессе, а с 1 июля начала работать «горячая линия» Министерства внутренних дел по защите прав несовершеннолетних в семье (телефон 2187196). Как рассказали «Товарищу» в МВД, это бессрочный проект: телефонная линия будет работать, пока в ней будет необходимость. Пока она недостаточно разрекламирована, поэтому с начала работы на нее поступило несколько десятков звонков. Звонить могут все, кто хочет сообщить о фактах насилия над детьми.

К слову сказать, в той же Швеции, которая впереди планеты всей в вопросах защиты детей от насилия, тоже работает подобная «горячая линия», и на нее часто звонят сами дети. Достаточно им сообщить свой адрес, как к ним для проверки отправляют людей из социальной службы.

Ядвига ПЛАКИНА.

Минск