Как известно, всякая власть исходит от народа и никогда больше к нему не возвращается. То есть, она, как бы, растворяется, исчезает, воскуривается к небесам — и там остается. А происходит все это не просто так, не само по себе — происходит все это через посредство скромненьких структур под названием «участковые избирательные комиссии». Об этих структурах, которые, собственно, и считают голоса избирателей при создании властных органов (Палаты представителей в нашем случае), можно говорить бесконечно. Тем более, что в Беларуси они, как правило, состоят из представителей одной какой-то профессиональной группы — учительниц, инженеров, даже парикмахерш…

В Витебске, например, на участке № 63 Октябрьского округа № 20 — исключительно из офицеров областного УВД. А поскольку в вышестоящих милицейских структурах работают, как правило, старшие офицеры, то мы, наверное, можем говорить, что и комиссия состояла из старших офицеров. Это не важно, но характерно.

Рассказывая об этом на страницах газеты «Товарищ», автор обратил внимание читателя на то, что такой принцип создания комиссий является нарушением избирательного законодательства. И высказал предположение (цитирую):

«То есть, сплошные милицейские майоры и полковники, каждый из которых хочет получать свою высокую зарплату и выслужить пенсию. По сравнению с которой пенсия, скажем, учительская меньше в разы.

И потому каждый готов выполнить любую, практически, команду начальства».

Но вот выборы прошли. Самые дурные предположения по поводу сформированных по корпоративному принципу комиссий, разумеется, подтвердились. В том же 20-м Октябрьском округе Витебска, где баллотировался кандидат из единого списка ОДС коммунист Александр Виноградов, его результаты, по официальным данным, на всех участках в несколько раз меньше результатов кандидата от власти. И только на участке № 63, где комиссия целиком состояла из милицейских майоров и полковников, они, практически, одинаковы. Разница всего лишь в 11 голосов!

Было бы смешно и глупо считать, что на этом участке какие-то особенные избиратели. Или что здесь Виноградов как-то особенно хорошо работал. Тем более, что примерно такие и лучшие результаты люди из единого списка ОДС получали на участках, где им удавалось наладить реальное наблюдение за подсчетом голосов.

То есть, получается, что, в отличие от «сеятелей разумного, доброго вечного», из которых, к примеру, комплектуется большинство участковых комиссий на селе, старшие офицеры милиции при подсчете голосов были честны. Неожиданно, но приятно.

Впрочем, опять же, ничего удивительного. Все высокие слова, сказанные и написанные в адрес людей какой-то одной профессии, пусть даже и «сеятелей разумного, доброго, вечного», не делают ее представителей заведомо более нравственными по сравнению, скажем, с инженерами или милиционерами. Тем более, что в смутные времена, когда в ходу были доносы на коллег и соседей, доносчиков среди учителей было ничуть не меньше, чем среди инженеров и писателей. Между прочим, нынешняя деревня перестала уважать учителя, в том числе, по этой причине.

Да что там деревня! Автору, выросшему в семье сельских учителей, грустно видеть этих нынешних замордованных «учителок», с готовностью выполняющих любую команду своей крикливой «директрисы» или незначительной чиновницы из райОНО. ВУЗовских «докторов с кандидатами», готовно перекраивающих историю страны по любой команде очередного правителя…

Греет душу только то, что, как в любой профессии, среди учителей есть и приличные люди. В Толочинском районе, к примеру, довелось беседовать с директором сельской школы, который уже много лет председатель участковой комиссии и у которого никакие фальсификации не проходят. Он сделан из того же теста, что и весь учительский корпус. Просто он профессионал — его трудно заменить. И у него есть совесть.

Совесть как главная отличительная профессиональная черта представителя любой профессии — почему бы и нет? И тогда неважно, кем ты работаешь — торговцем, учителем, милиционером, велосипедистом…

А милиционеры из Витебского УВД, ей богу, молодцы!

Анатолий ГУЛЯЕВ.

Минск — Витебск — Минск