Вчера в 19.00 состоялось открытие XXVI Всемирного конгресса Международной федерации журналистов. Это мероприятие происходит раз в три года, и впервые он проводится на территории Российской федерации. Работа Конгресса продлится до 1 июня.
По сообщениям корреспондента «Новой газеты» Наталии Ростовой, уже с раннего утра прошло специальное заседание «Нет безнаказанности в делах об убийствах журналистов! Глобальная кампания за правосудие для журналистов». Открывал заседание председатель международной федерации журналистов Айдан Уайт.
Выступавший на заседании представитель ОБСЕ Миклош Харашти, заявил, что «журналисты становятся целью, поскольку им мстят». Харашти говорил об огромной роли правительства в наказании виновных в нападениях и убийствах журналистов. Именно правительство, считает он, начинает ту или иную кампанию против свободы слова, так как только правительство позволяет существовать безнаказанности. Харашти отметил, что индифферентность властей поощряет ситуацию, и остановился на роли государственных СМИ в ситуации, когда свобода слова в странах с такими правительствами поставлена под угрозу. В то время, когда государства относятся к насилию в отношении журналистов спокойно, независимые СМИ испытывают давление, тогда как государственные имеют преференции в отношении чисто рыночных механизмов - лицензирования, уплаты налогов, распространения и рекламы.
В рамках заседания выступили: президент Фонда защиты гласности Алексей Симонов, аналитик МФЖ Джон Крауфут, главный редактор «Новой газеты» Дмитрий Муратов и обозреватель газеты «Московский комсомолец» Юлия Калинина. Они обсуждали проблему безнаказанности преступлений против журналистов в России, совершенных с 1993 по 2007 год.
Алексей Симонов представил довольно подробный доклад о том, сколько было убито журналистов в России, и как эти дела расследовались. За годы, что существует Фонд, он зафиксировал более 220 смертей журналистов и более 1,5 тысяч случаев насилия в отношении них. Он отметил, что журналисты гибли в вооруженных противостояниях, а их было три на территории России за полтора десятка лет. Первое - октябрь 93-го (огнем из осаждаемого Останкино убиты 5 журналистов, а в самом Останкино - 2). Затем - первая чеченская война. С ноября 94-го по август 96-го более 20 журналистов убито, трое пропали без вести. И третье вооруженное противостояние - вторая чеченская война. Журналисты гибли реже, сказал он, - «возникла жесткая система аккредитации журналистов в районах боевых действий».
Однако две трети потерь, более 140 своих коллег, журналисты понесли в мирной жизни. Симонов считает, что причин смертей около 100 журналистов из этого списка мы не узнаем никогда.
Фонд многие годы ведет переписку с Генеральной прокуратурой России. «Позвольте я воспроизведу суммарную характеристику журналиста, которая возникает из ответов правоохранительных органов на запросы о причинах гибели наших коллег, - предложил Симонов. - Журналисты - наиболее скандальная часть населения. Журналисты склонны к пьянству и семейной неверности, им свойственны завышенная самооценка и нетрадиционная сексуальная ориентация. Они не уважают власть, считая властью самих себя, и продают узурпированные ими властные полномочия направо и налево. Им присущи оппозиционность и категоричность оценок. Они - постоянные спутники социальных конфликтов и отличить их от конфликтующих нет ни времени, ни возможности. Им свойственна надменность, которую они склонны считать чувством собственного достоинства и нездоровое любопытство, которое они выдают за профессиональное качество. И в каждом отдельном случае что-то из этого - правда. Мы не ангелы. Но я никогда и нигде не слышал о стране, где убивали бы только ангелов».
Президент Фонда заметил, что в большинстве случаев дела о гибели журналистов до суда не доходят. Из переписки Фонда с генеральной прокуратурой России видно, говорит он, что прокуратура считает 90 убийств журналистов совершенными в связи с их профессиональной деятельностью. Однако только 11 этих дел дошли до суда, а решение было вынесено только по одному.
Если говорить вообще о преступлениях против прессы, то есть, не только о тяжких (таких как убийство), то из 280 раскрыто 5, по 121 случаю результат вообще неизвестен. Таким образом, больше половины дел против журналистов не закончены, преступники не найдены. Симонов упомянул и «Марши несогласных», когда были разогнаны десятки журналистов, 17 репортеров избиты, в том числе и иностранные. И только один репортер подал в суд. Симонов резюмировал - даже иностранцы уже привыкли к ситуации в России.
Главный редактор «Новой газеты» Дмитрий Муратов сказал, что ему не нравится атмосфера конгресса. «Меня абсолютно не устраивают те термины, в которых мы обсуждаем ситуацию, - сказал он. – Сегодня произносятся слова «осуждение», «обсуждение» и «необходимость послать мессаджи власти». Мне кажется этот подход архаичным, старомодным и неинтересным. А вам не кажется, что в этой ситуации мы выглядим глуповато? Мы сейчас обсуждаем смерти людей во внеконкурсной, как говорят в Канне, программе, факультативно, как разогревающий состав, как говорят рок-певцы».
Он призвал к созданию специального бюро – «бюро расследований смертей журналистов». «Это бюро должно заключать договоры с Интерполом, оно должно быть структурой, аналогичной той, которая долгое время разыскивала нацистских преступников», - сказал Муратов. Он подчеркнул, что мало говорить о проблемах, мало обращаться с апелляциями к правительству и выражать свое возмущение.
Кроме того, он обратил внимание на то, как российские власти придают делу об убийстве Политковской нужную им политическую окраску, обвиняя в преступлении неких зарубежных врагов России. В частности, он сослался на слова, сказанные в одной из зарубежных поездок помощником президента Игорем Шуваловым.
Юлия Калинина высказалась за создание книги памяти убитых журналистов, чтобы студенты факультетов журналистики помнили, например, кто такой Дмитрий Холодов. По ее словам, многие сегодняшние учащиеся, услышав это имя, не понимают, о ком идет речь. Она также считает необходимым бороться за введение в уголовный кодекс РФ статьи, которая приравнивала бы убийство журналиста к убийству чиновника. Чиновники и милиция защищены больше, чем служители пера, что, по мнению Калининой, не правильно, ведь журналисты тоже служат обществу.
Генеральный секретарь Союза журналистов России Игорь Яковенко считает, что убийство журналистов должно рассматриваться мировым сообществом как отдельная проблема наряду с такими проблемами как эпидемии, экология и детская смертность. «Мне кажется, должна существовать отдельная программа ООН по смертности журналистов, - сказал он. - И должны быть созданы отдельные структуры в рамках ООН».
Председатель сессии Айдан Уайт, резюмируя, отметил, что «одно дело - декларации, другое – действия». «Здесь в России очень сложно высказать свою позицию на улицах, нелегко выйти на улицу с плакатом, - сказал он. - Но эта конференция сама по себе - выражение недовольства ситуацией».
К вечеру в отставку подал глава Международной федерации журналистов. Кристофер Уоррен заявил на официальной церемонии открытия: «Крайне важно, что в журналистику приходит новое поколение молодых людей, происходит своеобразная «регенерация». Я нахожусь на этом посту уже девять лет и, думаю, что настало время выбрать нового президента». Выборы нового главы МФЖ должны состояться завтра.
«Новая» следит за ходом конгресса.