или О том, почему белорусские власти решили провести идеологическую ревизию литературы

Ознакомившись с подготовленными Мини-стерством образования школьными программами по белорусской литературе для 512 классов, начальник Главного идеологического управления Администрации президента Олег Пролесковский счел их идейно вредными и потребовал привести в соответствие с государственной идеологией.

Указания, которые Олег Пролесковский дает Министерству образования, уникальны, поэтому есть смысл процитировать их отдельные места. Здесь важен не только смысл, но и стиль изложения. А он откровенно смахивает на манеру общения с бесправными солдатами расхаживающего по плацу прапорщика.

«В обеих программах минимизировать использование произведений оппозиционно настроенных писателей: везде, где использование произведений Н.Гилевича, Р.Бородулина, Г.Буравкина и других не вызвано крайней необходимостью характеристики их творчества как представителей литературы второй половины ХХ века, заменить их произведения на сочинения других писателей и поэтов».

«Исключить из списков литературы для изучения и внеклассного чтения произведения С.Алексиевич, С.Законникова, О.Ипатовой, В.Орлова, М.Скоблы, В.Чаропки и иных оппозиционно настроенных писателей «средней руки». Исключить из иллюстративных материалов произведения художника А.Марачкина».

Помнится, представляя Олега Пролесковского на пост главного идеолога страны, Александр Лукашенко назвал его «ходячей энциклопедией». Стараясь соответствовать этому титулу, Олег Витольдович без труда разобрался, кто есть ху в белорусской литературе. Исходил при этом, разумеется, из собственных представлений о «разумном, добром, вечном». То, что стихи Сергея Законникова и Ольги Ипатовой включены в антологии мировой поэзии, а произведения Светланы Алексиевич переведены на десятки иностранных языков, для него не имеет ровным счетом никакого значения. Для школьников они отныне и навеки писатели «средней руки». Поэтому не стоит с ними и церемониться, исключить из списков — и точка! Сложнее с Янкой Купалой, 100летний юбилей которого отмечается в нынешнем году, и с Василем Быковым. При всем старании, с мирового Олимпа их уже не столкнешь. Значит, надо подсказать школьникам, что следует читать, а что нет. По приказу чиновника, из программ исключаются пьеса Янки Купалы «Тутэйшыя» и повесть Василя Быкова «Аблавы».

Чтобы у подрастающего поколения не возникло даже мысли о том, что помимо официально рекомендованной, существует еще иная литература, Олег Пролесковский советует переформулировать название одного из разделов школьной программы. Вместо «Литература национального возрождения» его следует назвать «Литература второй половины Х1Х-начала ХХ столетия».

Разобравшись с периодизацией истории литературы и персоналиями, главный идеолог, очевидно, задумался. Чем черт не шутит. А вдруг завтра власть сменится, как бы не пришлось отвечать за столь циничное отношение к белорусским классикам! Чтобы подстраховаться, советует Министерству образования: «Проекты программ обязательно согласовывать с Союзом писателей Беларуси и представить доработанные проекты программ с визой Н.И.Чергинца 1 марта 2007 года» — так звучит последнее поручение Олега Пролесковского, которое, судя по дате, чиновники с доблестью исполнили.

Возможно, кто-то из читателей «Товарища» мало знаком с «главным писателем» страны Николаем Чергинцом. Им напомню некоторые штрихи его биографии. Для людей солидного возраста Николай Иванович больше известен как полузащитник минского «Динамо», в 50е годы его имя было на слуху у футбольных болельщиков. Те, кому, возможно, приходилось иметь дело с правоохранительными органами, помнят его как прилежного блюстителя общественного порядка, дослужившегося до генерала. В большой политике обозначился как сенатор, руководитель Комиссии по международным делам. Любители детективной литературы, наверняка, читали его милицейские повести. Пик творчества писателя Чергинца (конечно же, по счастливой случайности!) совпал с вершиной его политической карьеры.

Пишет Николай Иванович в последние годы много, по большинству его книг снимаются художественные фильмы. В заслугу за это и назначили сенатора руководителем Союза писателей Беларуси. Подчеркиваю:

того союза, который лояльность ставит выше таланта;

того союза, который безмолвствовал, когда по решению Управления делами Администрации президента «нелояльных» писателей изгоняли из подаренного им Советской властью Дома литераторов;

того союза, который роскошествует на бюджетных дотациях в то время, как большинство знаменитых, но зачисленных в опальные, писателей прозябают в нищете и не имеют возможности издавать свои книги.

Ценные указания Олега Пролесковского общественность встретила с возмущением. Руководство рады Союза белорусских писателей (СПБ) 13 марта приняло заявление, адресованное гражданам страны, учителям, литературоведам и родителям белорусских школьников. В нем говорится о том, что «стилистика некоторых документов свидетельствует: Беларусь возвращается в мрачные времена, когда опьяненные революционными событиями чиновники бездумно боролись с национальной литературой, в результате чего в 19201930х годах были репрессированы сотни белорусских писателей, а их произведения на десятилетия запрещались».

Аналогичное заявление 10 марта приняло руководство Партии БНФ. В нем выражается «возмущение по поводу дикарского покушения на нашу культуру, цель которого — промывка мозгов новым поколениям белорусов, у которых, по мнению цензоров, не должно быть даже мысли о феномене талантливой, сильной, патриотической белорусской литературы».

Это — официальная реакция. Реакция тех, кто честь имеет и не боится высказывать свою точку зрения вслух. Я — сам из учительской семьи. Среди моих знакомых много тех, кому придется выполнять предписания идеологического ведомства. По известным причинам, они не хотят «светиться», суд над смутьянами в нашей республике скорый и неправый. Но мнение у всех учителей одно — так нельзя!

Когда этот комментарий готовился к печати, в редакцию «Товарища» принесли письмо читателя из Мозыря З.Р.Сенько. Процитирую его, хотя оно и не связано напрямую со скандалом вокруг школьных программ по литературе.

«Я считаю белорусских учителей не педагогами, а всего лишь мастерами школьного обучения, потому что обучают они грамоте, как обучают в ПТУ плотников, каменщиков, газосварщиков… Такой же кругозор и понятия, как у пенсионеров в деревнях… Наши ликбезы (школы) не сумели воспитать в поколениях ни любви к своей Родине, ни понятия о собственном достоинстве… Если бы вы соответствовали хотя бы простому определению «учитель», то во всей Беларуси ни один учитель не стал бы подписывать протокол выборов в избирательной комиссии. А всех не уволишь!»

Что и говорить, письмо жесткое. Возможно, выдвинутые в адрес учителей обвинения покажутся кому-то несправедливыми. Но, к сожалению, в них — правда. Пока каждый из нас не преодолеет страх, не решится сказать «нет» произволу, в какую бы благовидную форму его ни облекали, до тех пор идеологические чиновники, возомнившие себя «вещими Олегами», будут мстить нам. Сегодня на роль «неразумных хазаров» они избрали писателей, не пожелавших стать лакеями, завтра на их месте могут оказаться учителя, послезавтра — их ученики.

Остается лишь надеяться на то, что когда-нибудь конь под «вещим Олегом» все-таки споткнется.

Юрий АНДРЕЕВ,обозреватель «Товарища»

Photo.bymedia.net