Чем дальше от нас 26 апреля 1986 года, тем меньше внимания это-му событию со стороны официальных органов власти…

До сих пор до сведения широкой общественности не доведена объ-ективная, научно-обоснованная информация о том, что произошло на 4ом энергоблоке ЧАЭС. Нет комментариев ученых и специали-стов в СМИ по всему спектру проблем, связанных с Чернобыльской катастрофой. Некоторые политики, выжав их этой темы все, что на-до было для них, готовы ее сегодня забыть. А самое главное: какие выводы мы должны были бы сделать из этой беды? Спустя 21 год после катастрофы наЧАЭС люди оказались в полном неведении, что делать, если не дай Бог, подобная катастрофа повторится на любой другой АЭС вблизи границ Беларуси.

Сегодня Вы не найдете в любой из этих стран, в том числе и у нас, четких рекомендаций: что делать населению, как поступать чиновникам местной власти, МЧС и другим спецслужбам в такой ситуации? И это после 20 лет работы ученых и специалистов над материалами аварии на ЧАЭС? Ядерные программы Северной Кореи, Ирана и террористов всех мастей на планете говорят, что это может повториться в любой момент, в любой точке планеты. Но до сих пор нет ни одного международного правового документа ни на планете, ни на территории СНГ, регламентирующего возмещение ущерба населению страны, хозяйствующих субъектам, пострадавших территорий после радиационной аварии.

Почему этого нет? А потому, что с первых дней катастрофы на ЧАЭС — политика и деньги начали править свой «черный бал». Где уж тут место для простого человека!

Достаточно вспомнить телемарафон, посвященный сбору средств для помощи гражданам пострадавших от катастрофы на ЧАЭС, который собрал миллионы долларов. Ныне покойный председатель Гомельского облисполкома А.А. Грахов-ский, смелый и решительный человек, пытался найти хоть один доллар после этого марафона для пострадавших гомельчан, но тщетно. …Что же мы имеем спустя 21 год? Это наглядно видно на примере нашей страны. Пострадавшие территории превращены в пустыню. Уровень жизни людей, проживающих там, на порядок ниже, чем в столице. Многие специалисты уехали из этих мест. Уровень безработицы самый высокий на этой территории. Все социальные программы свернуты. Медицинская помощь европейского уровня — это мечты для пострадавших.

Вот вам пример: беременные женщины из Брагинского и Хойникского районов вынуждены ездить рожать в Речицу… И это после заявлений властей, что гомельщина, как наиболее пострадавшая, должна быть по уровню жизни, как маленькая Швейцария.

Почти 140 тысяч человек мы отселили, а жилья построили по площади почти на 300 тысяч человек. Этот проект помощи пострадав-шим помог за государственный счет получить жилье многим чиновникам и проходимцам. А сколько мы похоронили денег на недостроенных объектах? Чернобыльская «незавершенка» — это 20 лет работы для генеральной прокуратуры, но мы умеем заметать следы и объяснить всем, почему не построили. Резюмируя результаты работы на этой территории за 20 лет, мы можем сказать, что проблем мы создали этим людям больше, чем помогли. И сегодня многие стараются объехать «зону» стороной, чтобы не смотреть людям в глаза.

Ущерб от аварии, согласно докладу национального комитета по проблемам последствий катастрофы на ЧАЭС в расчете на 36летний период ее преодоления оценивается в 235 млрд. долларов США, что равно 32м бюджетам республики 1985 года. Сюда включены потери, связанные с ухудшением здоровья населения, ущербом, нанесенным промышленности и социальной сфере, сельскому хозяйству, строительству, транспорту и связи, ЖКХ и т. д.

В зоне загрязнения оказались 340 промышленных предприятий. Условия их функционирования существенно изменились. Мы ликвидировали 54 колхоза и совхоза, переселили около 140 тысяч человек, вывели из сельхозоборота 246000 га сельхозугодий. 132 месторождения минерало-серьевых ресурсов страны оказались в зоне загрязнения, 22 из них выведено из пользования.

В зоне загрязнения оказались нефтегазодобывающая область, площадь территории которой имеет ресурсы, которые оценены в 52,2 млн. тонн нефти. В зоне загрязнения 25% лесного фонда площадью 17,3 тыс. км. квадратных, где ежегодные потери древесных ресурсов 2 млн. кубических метров в год сейчас, а к 2010 году — 3,5 млн. кубических метров.

А сколько слов было сказано в СМИ и главой государства! Мол, мы тратили ежегодно 25% республиканского бюджета на Чернобыльские нужды. А вот официальные цифры из национального доклада: «В республиканском бюджете затраты на чернобыльскую программу составляют значительную часть: в 1991г — 16,8%; 1992г — 12,6%; 1993г — 10,9%; 1994г — 6,9%; 1995г — 7,3%; 1999г — 10,9%; 1997г — 9,9%; 1998г — 8,9%; 1999г — 8,7%; 2000г — 6,6%. «Начиная с 2000 по 2006 годы, эти расходы не превышали — 6% от расходной части республиканского бюджета. И вот 2007 год — 1,6% от расход-ной части бюджета.

Как видите, никогда не было 25% средств из республиканского бюджета на компенсацию затрат по Чернобылю. Более того: у нас около 100 000 ликвидаторов, которые не жалея сил и здоровья выполнили свой долг, перед Родиной, а их сегодня даже и не вспоминают. Это честные руководители разных уровней, специалисты разных отраслей, ученые, водители, строители, медики, военные, работники милиции и КГБ, работники ЖКХ и сферы услуг, торговли, сельского хозяйства и другие. Все они работали, чтобы помочь людям, попавшим в беду. Государство сегодня перед ними в неоплат-ном долгу, а их сегодня лишают последних льгот.

Мы дошли до того, что даже бесплатный проезд в общественном транспорте для ликвидаторов отменили, растоптав действующий закон, который им гарантирует это право.

Виктор Хомич,

председатель постоянной комиссии по проблемам Чернобыльской катастрофы Верховного Совета Республики Беларусь 13-го созыва, кандидат биологических наук